Американский философ Мортимер Адлер верил, что научиться читать — непростая задача, которая требует терпения, строгости и отсутствия тщеславия (читать книгу ради фото в Инстаграме — сразу нет). Сначала нужно определить, какие проблемы стремится решить автор, затем выяснить, как именно он это делает, и только потом переходить к критике и субъективным оценкам. T&P публикуют отрывок из руководства Адлера по чтению — о том, как научиться читать нон-фикшен.

Как читать книги. Руководство по чтению великих произведений

Мортимер Адлер
Манн, Иванов и Фербер. 2019

Способы чтения

[…] В первую очередь вы должны усвоить то, что предлагается как знание. Затем необходимо решить, приемлемо ли для вас это знание. Иными словами, первая задача заключается в том, чтобы понять книгу, а вторая состоит в умении отнестись к ней критически. В дальнейшем вы не раз убедитесь, что они существенно различаются.

Процесс понимания тоже можно разделить на составляющие. Чтобы понять книгу, сначала необходимо научиться воспринимать ее как структурированное целое, а затем — как объект, обладающий комплексом языковых и смысловых единиц.

Таким образом, существуют три разных способа чтения.

I. Первый способ — структурный, или аналитический. При этом читатель движется от целого к частному.

II. Второй способ — интерпретационный, или синтетический. Здесь читатель движется от частного к целому.

III. Третий способ — критический, или оценочный. Читатель оценивает автора и решает, согласен ли с его точкой зрения.

Каждый из трех основных способов предполагает выполнение нескольких действий, а значит, учитывает несколько правил. Три правила второго способа чтения: 1) обнаруживать и интерпретировать самые важные слова в книге; 2) делать то же самое с наиболее важными предложениями, и 3) аналогично поступать с абзацами, содержащими основные положения. Четвертое — и последнее — правило звучит так: вам необходимо узнать, какие задачи автор решил в этой книге, а с какими не справился.

Чтобы прочесть тот или иной текст первым способом, вы должны: 1) знать, какого рода книгу читаете, то есть понять ее основной предмет. Далее необходимо осознать: 2) в чем основной смысл книги; 3) на какие смысловые или структурные части она подразделяется, и 4) какие основные проблемы автор стремится решить. Этот способ тоже содержит четыре действия и четыре правила.

Обратите внимание, что части, выделенные вами в результате анализа целого при первом прочтении, не обязательно совпадут с теми частями, из которых вы будете формировать целостное представление при втором прочтении. В первом случае они станут комплексом факторов, характеризующих отношение автора к предмету или проблеме. Во втором — окажутся терминами, суждениями и силлогизмами, то есть мыслями, утверждениями и аргументами автора.

Третий способ чтения также предусматривает определенные шаги. Существует несколько общих правил формирования критического мнения и связанных с ними четырех важных действий. Правила третьего способа чтения объясняют, на что следует обратить внимание. […]

Зная, в чем заключается смысл книги в целом и каковы ее основные составляющие, всегда проще выделить основные термины и утверждения. Если вы смогли понять ключевые положения и аргументацию автора, вам легче будет выявить смысл его слов и основные структурные единицы.

При первом способе чтения в самом начале необходимо определить проблему или проблемы, которые автор стремится решить. Последним шагом во втором способе чтения должно стать понимание, решил ли автор свои задачи и на какие именно вопросы ему удалось найти ответы. Вы видите, что эти способы тесно взаимосвязаны и на завершающем этапе объединяются.

По мере развития навыка вы научитесь читать одновременно двумя способами. Чем лучше у вас это будет получаться, тем больше один способ будет содействовать применению другого. Но третий способ никогда не сможет сопутствовать двум другим. Даже самому опытному читателю приходится каким-то образом разделять первые два способа и третий.

Понимание позиции автора всегда предшествует критике или оценке его текста.

Критики, а не читатели

Я встречал немало «читателей», которые начинали с третьего способа, иногда вообще игнорируя первый и второй. Они брали в руки книгу и вскоре уже уверенно рассказывали, что в ней не так. Их просто распирало от ощущения собственной значимости, а потому книга в их арсенале становилась всего лишь предлогом для самолюбования. Едва ли таких людей можно назвать читателями. Скорее их правильнее будет причислить к тем, кто считает разговор поводом для самоутверждения и монолога. С этими людьми нет смысла разговаривать, слушать их обычно тоже не стоит.

Первые два способа чтения могут сочетаться, поскольку направлены на понимание книги. Третий же выделяется тем, что предполагает критику после того, как понимание произошло. Тем не менее объединение двух первых способов оставляет читателю возможность идентифицировать и разделить их в любой момент, что очень важно. Проверить свой способ чтения вы сумеете, разложив весь процесс на составляющие. Быть может, вам понадобится пересмотреть его — шаг за шагом, хотя к этому времени он будет восприниматься как единое целое, поскольку процесс чтения станет привычным занятием.

В связи с этим важно помнить, что различные правила всегда остаются автономными, даже когда в вашем понимании границы между ними стираются, образуя единый сложный навык. Если вы не сможете обращаться к каждому из этих правил по отдельности, это будет мешать процессу чтения в целом. Так, преподаватель английского языка, проверяя работу студента и объясняя свои пометки, всегда указывает на нарушение того или иного конкретного правила. Студент при этом должен вспоминать все правила, но в то же время преподаватель не хочет, чтобы его ученик на каждом шагу сверялся с их полным списком. Он хочет, чтобы умение хорошо писать вошло у студента в привычку, чтобы правила стали неотъемлемой частью его интеллектуального багажа. То же самое касается и чтения.

Источник: ilbusca / istockphoto.com

Источник: ilbusca / istockphoto.com

Видеть взаимосвязи

Но остается еще одна трудность. Уметь читать книгу тремя способами недостаточно — важно научиться читать несколько связанных между собой книг, чтобы качественно освоить любую из них. Я не говорю о том, что следует научиться качественно «обрабатывать» любое сочетание книг. Речь идет только о взаимосвязанных книгах, которые объединены общим смыслом или касаются одних и тех же проблем. Если вы не умеете «взаимосвязано» читать такие книги, то, вероятно, не сможете как следует освоить ни одну из них. Авторы высказывают одну и ту же мысль, соглашаются друг с другом или спорят, но где гарантия, что вы понимаете хотя бы одного из них, не видя совпадений и расхождений в высказанных ими мнениях?

Здесь необходимо зафиксировать различие между ограниченным и расширенным чтением. Надеюсь, что эти слова не введут вас в заблуждение. Я не могу выразиться иначе. Ограниченным я называю чтение самой книги, без какой-либо связи с другими источниками. Расширенное чтение — это изучение книги в контексте других книг, связанных с ней общим смыслом. Иногда это всего лишь справочная литература, например словари, энциклопедии, альманахи. Иногда — второстепенные книги, то есть полезные комментарии и дайджесты. Порой контекстными становятся великие книги. Кроме того, такому чтению часто помогает соответствующий опыт, к которому мы обращаемся с целью понимания книги. Он может быть как лабораторным, так и жизненным, приобретаемым ежедневно. Ограниченное и расширенное чтение обычно сочетаются в реальном процессе понимания или даже критики одной и той же книги.

Все, что я сказал о способности читать связанные между собой книги, особенно касается великих книг. В своих лекциях, посвященных вопросам образования, я часто ссылаюсь на них. Обычно после этого слушатели пишут мне с просьбой предоставить им список таких книг. Я рекомендую использовать список, опубликованный Американской библиотечной ассоциацией под названием «Западные классики», или список, изданный в колледже Сент-Джон в Аннаполисе, штат Мэриленд. Позже мои слушатели сообщают, что чтение этих книг оказывается для них крайне сложным процессом. Воодушевление, побудившее их найти данный список и начать читать, нередко сменяется безнадежным чувством бессилия.

Этому есть две причины. Первая, конечно, заключается в том, что они не умеют правильно читать. Но это еще не все. Вторая причина кроется в самомнении читателей — они убеждены, что смогут понять первую же выбранную книгу, не изучив другие, тесно с ней связанные. Вероятно, они пытались прочесть «Записки Федералиста», не обратив внимания на «Статьи Конфедерации» и Конституцию. Или намеревались прочесть все это без размышлений [французского писателя, философа и правоведа Шарля-Луи] Монтескье «О духе законов», «Общественного договора» [французского писателя, мыслителя, композитора Жана-Жака] Руссо или эссе Джона Локка о гражданском правленииИмеется в виду книга «Два трактата о правлении», в которой Локк изложил свою концепцию социально-политического устройства, оказавшую влияние на формирование принципов американской государственности.— Прим. T&P.

В ногу со временем

Великие книги не только взаимосвязаны. Нельзя забывать, что они были написаны в определенной последовательности, которую необходимо учитывать в процессе чтения. Очевидно, что более поздний автор испытывал на себе влияние писателя-предшественника. Если вы сначала прочтете книгу более раннего автора, это поможет понять книгу, написанную позднее.

Читать книги в их взаимосвязи и в хронологической последовательности — таково основное правило расширенного чтения.

[…] В применении всех этих правил есть одно ограничение, о котором вы уже могли догадаться. Я неоднократно подчеркивал, что их цель — помочь вам прочесть книгу целиком. По крайней мере, основная цель. Будет ошибкой использовать эти правила преимущественно для чтения отрывков вне контекста. Нельзя научиться читать, уделяя книге пятнадцать минут в день, как написано в справочнике к «Классике Гарварда»Серия книг «Классика Harvard Business Review», в которую вошли лучшие статьи журнала Harvard Business Review.— Прим. T&P.

Дело не в том, что пятнадцати минут в день недостаточно, а в том, что не следует читать понемногу, как рекомендует справочник. На «Пятифутовой полке»Неофициальное название литературной серии «Гарвардская классика», которая включает в себя 418 произведений мировой литературы, признанных фундаментом гуманитарного образования в США. Книги выбрал доктор Чарльз Элиот, президент Гарвардского университета.— Прим. T&P можно отыскать множество великих книг, но среди них встречаются и вполне банальные произведения. В большинстве случаев тексты книг в этой серии опубликованы полностью, но иногда встречаются просто большие отрывки. Но никто не рекомендует изучить книгу полностью или прочесть какую-то ее часть. Следовательно, вам предлагается собрать немного нектара там, понюхать немного меда здесь. Прекрасно, но так вы станете обычной литературной бабочкой, а не опытным читателем.

Например, сегодня вы прочтете шесть страниц «Автобиографии» Бенджамина Франклина, завтра — одиннадцать страниц ранних стихов [английского поэта и политического деятеля, автора знаменитой поэмы «Потерянный рай» Джона] Мильтона, а послезавтра — десять страниц из трактата Цицерона «О дружбе». Далее вы изучите восемь страниц Гамильтона из «Записок Федералиста», затем заметки [английского парламентария, идейного родоначальника британского консерватизма] Эдмунда Берка на пятнадцати страницах и еще двенадцать страниц из «Эссе о неравенстве» Руссо. Единственное, чем в данном случае будет определяться последовательность вашего чтения, — это историческая связь между каким-либо отрывком и определенным днем недели. Но вряд ли разумно в выборе книг опираться лишь на календарь.

Отрывки слишком коротки для серьезных усилий в обучении чтению. Кроме того, их последовательность не позволяет прочувствовать целостность предлагаемой подборки или понять один отрывок в контексте другого. План чтения, предложенный «Классикой Гарварда», делает великие книги в такой же степени недоступными для понимания, как и самостоятельно выбранные курсы в колледже. Возможно, этот план составлен в целях прославления доктора Элиота, отца-основателя системы обучения со свободным выбором предметов и литературной серии «Пятифутовая полка». В любом случае «Пятифутовая полка» представляет собой прекрасный пример того, что не надо делать, если мы хотим спасти свои мозги от пляски святого ВиттаНервная болезнь, сопровождающаяся беспокойством и чрезмерным количеством непроизвольных нескоординированных движений. — Прим. T&P.

Обучение, а не развлечение

У наших правил чтения есть еще одно ограничение. Нас интересует только одна из целей чтения — а именно чтение ради обучения, а не ради развлечения. Эта цель в равной степени касается как читателя, так и автора. Объект нашего внимания — книги, предназначенные чему-то научить, направленные на передачу знаний. В первых главах я уже объяснил, в чем заключается основное различие между чтением ради познания и чтением ради развлечения, подчеркнув, что нас интересует именно первое. Теперь мы должны сделать следующий шаг и выделить два больших класса книг, которые отличаются целями авторов и возможностями удовлетворения интеллектуальных запросов читателей. Это важно, поскольку наши правила касаются только одного типа книг и одной цели чтения.

Общепринятых стандартных названий этих классов книг не существует. Было бы слишком заманчиво назвать один из них поэзией или художественной литературой, а второй — нехудожественной или научной литературой. Но сегодня слово «поэзия», как правило, означает именно стихи, а не всю художественную литературу, которую когда-то еще называли беллетристикой. Аналогично понятие «научная литература» редко используется в отношении книг по истории и философии, хотя обе эти дисциплины предполагают передачу знаний. Если отвлечься от терминологии, то станет ясно, что разница заключается в намерении автора. Поэт или писатель занимается изящными искусствами, стремится доставить удовольствие или вызвать восторг с помощью прекрасных произведений так же, как музыкант или скульптор. Ученый или любой специалист в области гуманитарных наук стремится учить других, излагая истину. […]

В величайших книгах часто сочетаются два основных измерения литературы. Диалог Платона «Республика»В русскоязычной антологии название этого диалога часто звучит как «Государство, или О справедливости». Произведение входит в «Восьмую тетралогию» «Диалогов» Платона. — Прим. T&P необходимо читать одновременно как пьесу и как интеллектуальную беседу. «Божественная комедия» Данте — это не только блистательная поэма, но и серьезное философское изыскание. Знание невозможно передать без чувственного и творческого сопровождения; а чувства и образы неизменно пронизаны мыслью.

Тем не менее эти два вида искусства чтения различаются. Будет ошибкой предполагать, что рассматриваемые здесь правила в равной степени применимы к поэзии и к науке. […]

Возможно, вы не согласитесь с моей точкой зрения и скажете, что я искусственно возвел барьер там, где его нет. Вы можете утверждать, что существует лишь один способ чтения для всех книг или — наоборот — что любую книгу можно читать самыми разными способами.

Я предвидел эти возражения еще в тот момент, когда утверждал, что многие книги имеют несколько измерений, например художественное и научное. Я даже говорил, что большинство книг, особенно великих, можно читать обоими способами. Но это не значит, что два способа чтения следует смешивать или путать между собой. Мы не должны забывать о первоначальной цели чтения или о главном намерении автора при создании книги. Думаю, большинство авторов знают, кем они являются в первую очередь — поэтами или учеными. Безусловно, это знают и все великие писатели.

Хороший читатель должен понимать, чего он прежде всего ждет от книги — знаний или наслаждения.

Следовательно, выбрав книгу с аналогичным замыслом автора, он может легче добиться поставленной цели. В поисках знаний разумнее читать книги, главная цель которых — обучение. Если необходимы знания в какой-то конкретной сфере, лучше обратиться к книгам соответствующей тематики. Интересуясь астрономией, вряд ли стоит читать историю Рима.

Это не значит, что одну и ту же книгу нельзя читать разными способами и с разными целями. У автора может быть много намерений, хотя, на мой взгляд, одно из них всегда доминирует, диктуя общий характер книги. Книга, как мы уже говорили, может иметь два измерения — основное и второстепенное. Например, «Диалоги» Платона — это в первую очередь философия, и лишь затем — пьеса; «Божественная комедия» в первую очередь поэма, и только потом — философия. Читатель, в свою очередь, может с аналогичной позиции рассматривать любую книгу. При желании он может поменять местами намерения автора и читать «Диалоги» Платона как пьесы, а в «Божественной комедии» видеть прежде всего философский трактат. Здесь уместно будет провести параллели и с другими сферами. Музыкальное произведение, задуманное как образец высокого искусства, можно использовать, чтобы убаюкать младенца. Стул, предназначенный для сидения, можно сделать музейным экспонатом и восхищаться его красотой.

Подобная двойственность целей и перемена позиций главного и второстепенного не влияет на основную мысль. Каким бы способом вы ни читали, какую бы цель ни ставили на первое место, вы должны знать, что делаете и следовать правилам этой деятельности. Вы не совершите ошибку, если станете читать поэму как философский труд или научное исследование как поэзию. Главное — осознавать, какой именно способ вы применяете и как правильно им пользоваться. Тогда у вас не возникнет сомнений в правильности своего выбора и способа действий. Вы поймете, что правила имеют большое значение.

Однако в данном случае следует остерегаться двух возможных ошибок, которые я называю пуризмом и обскурантизмом.

ПуризмПреувеличенное стремление к чистоте и простоте литературного языка, к изгнанию из него любых посторонних элементов. В искусстве — поиск простых функциональных форм, способных объединить в себе эстетическую категорию с механическим рациональным миром.— Прим. T&Pв моей трактовке — это ошибочное предположение, будто книгу можно прочесть только одним способом. Но книги изначально неоднородны по своей природе, поскольку человеческий разум, с помощью которого мы читаем или пишем, подвластен чувствам и воображению. Он воздействует на эмоции, порождая многообразие литературных средств и форм.

ОбскурантизмВраждебное отношение к просвещению, науке и прогрессу в целом; синоним слова «мракобесие». Часто этим термином выражают умонастроение, при котором вместо верности истине и ответственности перед ней предпочтение отдается тому, что уводит человека от истины, затемняет ее, делает неясной.— Прим. T&P — это тоже, на мой взгляд, ошибочное предположение, будто все книги можно прочесть единственным способом. Здесь легко впасть в крайность и стать приверженцем эстетизации, когда человек рассматривает все книги как художественные, пренебрегая другими видами литературы и способами чтения. Вторая, не менее опасная крайность — это интеллектуализация, когда все книги человек рассматривает как учебные и видит в них только источник знаний. Обе ошибки очень метко описал одной-единственной строкой [английский поэт-романтик] Джон Китс: «В прекрасном — правда, в правде — красота». То, что способно украсить торжественную оду, будет ложным посылом в качестве принципа критики или ключа к чтению книг. […]

В рубрике «Открытое чтение» мы публикуем отрывки из книг в том виде, в котором их предоставляют издатели. Незначительные сокращения обозначены многоточием в квадратных скобках.
Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.

Где можно учиться по теме #чтение