Одна из наиболее частых претензий к современным художникам заключается в том, что они якобы работают ради денег и отвечают на запросы рынка — в отличие от гениев прошлого, отвечавших исключительно зову музы. Так ли это? Можно ли создавать шедевры из желания заработать, или искусство требует бескорыстия, рассказывает искусствовед Зарина Асфари.

Парадоксальным образом, укоряя современных художников в корыстолюбии, публика обычно приводит в пример мастеров эпохи Возрождения, неоспоримого для многих идеала высокого мастерства и высоких нравов. На самом деле уместнее было бы апеллировать к опыту художников XIX–XX веков.

Один из наиболее выдающихся мастеров конца XIX века Поль Гоген жил на грани нищеты и страдал из-за того, что его картины плохо продаются. Однако стоило маститому торговцу Амбруазу Воллару предложить ему контракт, Гоген в гневе отказался. Воллар, зная рынок, хотел получать от художника картины на определенные сюжеты на холстах определенного размера, Гоген же настаивал на том, что муза не терпит ограничений.

Его друг и коллега Винсент Ван Гог не получал соблазнительных предложений от картиноторговцев, но и он разрабатывал собственный стиль и собственную технику, не считаясь с запросами рынка. Он вообще остро ненавидел торговцев, считая, что они загоняют художника в жесткие рамки, вынуждают его наступить себе на горло, стать ремесленником, создающим не произведения искусства, а приятные глазу поделки. Такие ремесленники и впрямь жили не бедно, купаясь в лучах славы и народной любви, но сегодня о них мало кто вспоминает, а Ван Гог и Гоген заняли ключевые места в истории искусства рубежа веков.

Казалось бы, вот и ответ на интересующий нас вопрос: искусство несовместимо с ограничениями рынка, а под запросы целевой аудитории подстраиваются лишь ремесленники. Однако история наглядно демонстрирует, что это не так. Да, и в XVII, и в XX веке были художники, для которых искусство не было основным источником дохода, что давало им большую свободу творчества: импрессионистка Мэри Кэссетт родилась в богатой семье, Фриду Кало содержал ее муж-художник Диего Ривера, Иероним Босх не испытывал нужды благодаря приданому жены, Эжен Делакруа и Камиль Коро получили богатое наследство…

Тем не менее для большинства художников как в наши дни, так и в XVI веке искусство было и остается не только призванием, но и работой. Муза дарит вдохновение и приносит радость творчества, но она не обеспечит крышу над головой и не накормит ваших детей, поэтому из века в век художники искали баланс между высокими идеалами и шкурным интересом. Хотя во все времена бывают исключения из общего правила, в массе своей мастера стали отдавать предпочтение музе в конце XIX века. Отчасти это объясняется тем, что в это время у художника появилась возможность коммуницировать напрямую со своей аудиторией через не цензурируемые Академией выставки и через лавки торговцев картинами, которые лоббировали то или иное направление в искусстве и делали ставку на тех или иных художников: Поль Дюран-Рюэль покровительствовал импрессионистам, Даниель Анри Канвейлер специализировался на кубистах, Амбруаз Воллар открыл Сезанна…

Торговцы искусством играли значимую роль в жизни художников и в XVII веке, в первую очередь в протестантской части Европы. Они закупали картины, которым затем искали сбыт, и художник был заинтересован в том, чтобы создавать произведения, которые с наибольшей долей вероятности понравятся покупателю. К примеру, в Голландской республике особой популярностью пользовались натюрморты и национальные пейзажи. Такая ситуация благотворно повлияла на развитие искусства: в условиях здоровой конкуренции художники совершенствовали свою технику, чтобы заинтересовать покупателей. Тот же принцип действовал и действует в отношении любых других товаров: чем выше конкуренция, тем выше качество. Можно было бы упрекнуть голландских художников XVII века в меркантильности и предположить, что, занимайся они чистым искусством, они достигли бы больших высот, но большинство признанных мастеров с легкостью опровергнут эту гипотезу.

К примеру, Альбрехт Дюрер и Рембрандт ван Рейн питали большой интерес к тиражной графике. Она открывала новые средства выразительности, позволяла, отказавшись от цвета, сосредоточиться на рисунке, но дело было не только в этом. Если картину можно продать лишь один раз, то одна печатная форма позволяет создать множество оттисков. Так, серия из 15 гравюр Дюрера «Апокалипсис» пользовалась бешеной популярностью, что никак не умаляет ее художественной ценности. Гравюры Рембрандта, такие как «Три распятия», также ценились коллекционерами при жизни мастера. Этот факт никак не противоречит тому, что Рембрандт раз за разом перерабатывал их в поисках той экспрессии, к которой он стремился.

В живописи мы видим все тот же баланс между художественным поиском и звоном презренного металла. Придворный художник Франсиско Гойя, один из величайших мастеров XVIII века, писал на заказ портреты испанской аристократии. Работая над одним из них, он рассказывал в письме другу: «На этой неделе я написал голову сеньора Моньино, в его присутствии, и вышло очень похоже, он доволен». Уменьшает ли стремление угодить заказчику художественную ценность портрета? Ничуть.

Хосе Моньино, 1-й граф Флоридабланка / Франсиск...

Хосе Моньино, 1-й граф Флоридабланка / Франсиско Гойя, 1783

Портрет вообще жанр, на развитие которого оказывали влияние вкусы и желания заказчиков (не понравится — не заплатят), с одной стороны, и вдохновение, творческий поиск художника — с другой. Франс Халс, голландский мастер XVII века, брал такие скучные заказы, как групповой портрет офицеров стрелковой роты Гарлема, но он подходил к выполнению задачи нестандартно: пока его современники сажали заказчиков портрета в ряд и старательно выписывали их лица, Халс выстраивал динамическую композицию, создавая своего рода «фотографию» застолья. В итоге Халс оказал значительное влияние на развитие жанра.

Групповой портрет офицеров стрелковой роты Гарл...

Групповой портрет офицеров стрелковой роты Гарлема / Франс Хальс, 1627

Все перечисленные мастера отнюдь не представители идеала высокого мастерства и высоких нравов — эпохи Возрождения, с которой я начала эту статью, скажете вы. Однако и там мы найдем все тот же баланс финансового интереса и служения музам. Моя любимая картина Микеланджело «Святое семейство» из собрания галереи Уффици известна по имени заказчика как «Тондо Дони». Многие «Мадонны» Рафаэля также носят имена их владельцев — «Мадонну Ансидеи» Рафаэль написал для Никколо Ансидеи, «Мадонну Темпи» — для семьи Темпи, «Святое семейство Каниджани» в честь свадьбы заказал Доменико Каниджани… Едва ли не самая популярная картина Тициана, «Венера Урбинская», носит титул герцога Урбинского Гвидобальдо делла Ровере. В образе Венеры Тициан изобразил невесту герцога Джулию Варано, хотя ввиду ее юного возраста (Джулии было 10 лет) для картины позировала не она.

Продолжать, уходя вглубь веков, можно долго: и древнегреческие мастера работали на заказ. Но основная мысль этого экскурса в историю, думаю, ясна: работа за деньги и служение музам отнюдь не взаимоисключающие понятия. Как в случае Франса Халса, волшебное слово «призвание» самую скучную работу может превратить в искусство.

Как учиться мягким навыкам? Можно последовать примерам гениев, которые проверили методики на себе. О том, как это сделать, рассказала искусствовед Зарина Асфари в своей книге «История искусства для развития навыков будущего. Девять уроков от Рафаэля, Пикассо, Врубеля и других великих художников».